понедельник, 13 ноября 2006
1. Меня преследует взбитый ветром тюль занавесок, огромные окна, белые колонны, мягкая зелень листвы, свернувшийся у моих ног Сайюри и ушастый улыбающийся Кис...
Это видение слишком реально, чтобы оно могло сбыться. Оно наполнено болезненным счастьем, к которому льнёшь, но которого никогда не получишь. Оно сладостно и притягательно до боли, до мучительной, острой боли, когда мозг уже не в силах выдерживать противостояние желаемого с действительным - и готов взорваться, только бы не думать больше ни о чём.
Оно увлекает меня в себя, как бы я не пытался сопротивляться. Я вижу его, я так отчётливо чувствую его всей кожей, всем телом, всем своим существом...
...что мне становится страшно.
2. читать<...>
Ланцелот. Хорошо. Вы знаете, что такое жалобная книга?
Эльза. Нет.
Ланцелот. Так знайте же. В пяти годах ходьбы отсюда, в Чёрных горах, есть огромная пещера. И в пещере этой лежит книга, исписанная до половины. К ней никто не прикасается, но страница за страницей прибавляется к написанным прежде, прибавляется каждый день. Кто пишет? Мир! Горы, травы, камни, деревья, реки видят, что делают люди. Им известны все преступления преступников, все несчастья страдающих напрасно. От ветки к ветке, от капли к капле, от облака к облаку доходят до пещеры в Чёрных горах человеческие жалобы, и книга растёт. Если бы на свете не было этой книги, то деревья засохли бы от тоски, а вода стала бы горькой. Для кого пишется эта книга? Для меня.
Эльза. Для вас?
Ланцелот. Для нас. Для меня и немногих других. Мы внимательные, лёгкие люди. Мы проведали, что есть такая книга, и не поленились добраться до неё. А заглянувший в эту книгу однажды не успокоится вовеки. Ах, какая это жалобная книга! На эти жалобы нельзя не ответить. И мы отвечаем.
Эльза. А как?
Ланцелот. Мы вмешиваемся в чужие дела. Мы помогаем тем, кому необходимо помочь. И уничтожаем тех, кого необходимо уничтожить. Помочь вам?
Эльза. Как?
Шарлемань. Чем вы можете нам помочь?
Кот. Мяу!
Ланцелот. Три раза я был ранен смертельно, и как раз теми, кого насильно спасал. И всё-таки, хоть вы меня и не просите об этом, я вызову на бой дракона! Слышите, Эльза!
Эльза. Нет, нет! Он убьёт вас, и это отравит последние часы моей жизни.
Кот. Мяу!
Ланцелот.Я вызову на бой дракона!
<...>
<...>
перед схваткой
Дракон. Как здоровье?
Ланцелот. Спасибо, отлично.
Дракон. А это что за тазик на полу?
Ланцелот. Оружие.
Дракон. Это мои додумались?
Ланцелот. Они.
Дракон. Вот безобразники. Обидно, небось?
Ланцелот. Нет.
Дракон. Враньё. У меня холодная кровь, но даже я обиделся бы. Страшно вам?
Ланцелот. Нет.
Дракон. Враньё, враньё. Мои люди очень страшные. Таких больше нигде не найдёшь. Моя работа. Я их кроил.
Ланцелот. И всё-таки они люди.
Дракон. Это снаружи.
Ланцелот. Нет.
Дракон. Если бы ты увидел их души - ох, задрожал бы.
Ланцелот. Нет.
Дракон. Убежал бы даже. Не стал бы умирать из-за калек. Я же их, любезный мой, лично покалечил. Как требуется, так и покалечил. Человеческие души, любезный, очень живучи. Разрубишь тело пополам - человек околеет. А душу разорвёшь - станет послушней, и только. Нет, нет, таких душ нигде не подберёшь. Только в моём городе. Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души. Знаешь, почему бургомистр притворяется душевнобольным? Чтобы скрыть, что у него и вовсе нет души. Дырявые души, продажные души, прожжённые души, мёртвые души. Нет, нет, жалко, что они невидимы.
Ланцелот. Это ваше счастье.
Дракон. Как так?
Ланцелот. Люди испугались бы, увидев своими глазами, во что превратились их души. Они на смерть пошли бы, а не остались покорённым народом. Кто бы тогда кормил вас?
Дракон. Чёрт его знает, может быть, вы и правы. Ну что ж, начнём?
Ланцелот. Давайте.
<...>
Ох, как бы я хотел сыграть Ланцелота... И Дракона тоже. Ланцелота я точно смогу, да и Дракон неплохо выходит.
Вот только не с моей мордой лица. И... глупые мечты. Несбыточные.